Архивы летней школы

МГУ им. М. В. Ломоносова
Программа Фулбрайта в России

XIV Фулбрайтовская международная гуманитарная летняя школа
«ГУМАНИТАРНАЯ НАУКА КАК ТРАНСНАЦИОНАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ»
Москва, МГУ, 25–29 июня 2012 г.

 

Т. Д. Венедиктова на открытии Школы

 

Timothy Sergey (SUNY Albany)
БУДУЩЕЕ «ВБРАСЫВАЕТ» ПРОБЛЕМЫ В НАСТОЯЩЕЕ

Взаимодействие американских и российских специалистов столь разных профилей и возрастных категорий, в принципе, всегда продуктивно, если только участники стремятся к настоящему, спокойно-нейтральному обмену опытом и взглядами, а не занимают «оборонительную» позицию по отношению друг к другу, — готовясь оправдываться перед Другим или держать экзамен на профпригодность, — определяя, кто идет в ногу со временем и с мировыми тенденциями, а кто безнадежно отстает. Не зря и не случайно рисуют опасности, которыми чреваты подобные мероприятия, даже если они носят неформальный характер. Первое, что надо заметить в случае с Пятнадцатой Фулбрайтовской летней гуманитарной школой, проведенной на филфаке МГУ <nobr>25–29 июня,</nobr> так это то, что не чувствовалось никакой такой установки на «ревизорство» в отношениях между сторонами: люди действительно стремились к обмену идеями и наблюдениями, исходя из сочувственного интереса к опыту друг друга. А это, как мне кажется, залог успеха подобных встреч в будущем.
Продолжение этой серии необходимо хотя бы потому, что предложенная проблематика — «глобализация и гуманитаристика» — была просто необъятной. Это не критика, а просто факт. Вместе с этим надо заметить как раз стройность и логичность организации секций в виде серии все сужающихся контекстов, как в матрешке: от глобализации как социального явления (с заметками Яна Питерсе о том, откуда все-таки есть пошла она, глобализация...) к институциональному контексту, рамкам национальных культур и так далее вплоть до русистики и американистики как «кейсов» транснационального состояния конкретных дисциплин, до «практики академической коммуникации». Каждый «ярус» в этой раскладке заслуживает целую полку книг. Книги эти давно уже пишутся. Раскрыть все проблемы равномерно и полно, и тем более решить их, разумеется, не удастся никакому пятидневному научному мероприятию. По всему комплексу затронутых Школой проблем, цитируя образное выражение Кевина Плата, «будущее вбрасывает множество проблем в настоящее». С этим нельзя не согласиться. Наши главные, пожалуй, самые грозные судьи и критики, возможно, еще не родились. Мы отчасти в положении чеховских персонажей, философствующих между собой о том, насколько сочувственно или презрительно будут о них судить «лет через триста». Тем более, по-моему, надо продолжать в том же духе, преодолевая такие реальные, но в сущности мелкие и технические проблемы, как ненадежная интернет-связь по Скайпу или всегдашний недостаток времени. В «открытом будущем», о котором у нас шла речь, очень хочется видеть еще длинную серию таких Фулбрайтовских школ.

 

Лекция Г. И. Зверевой (РГГУ)

 

Kevin Platt (University of Pennsylvania)

The Fulbright Summer Program was a strikingly productive enterprise, to my mind. In preparations for the school, I was a little daunted by the diversity of topics that the organizers hoped to address, which ranged from matters of professional and career organization to fundamental definitions of disciplinary identity and research platorganization. Yet thanks largely to Dr. Venediktova’s energy and skill in moderating a virtual conversation prior to the start of the event, the instructors and organizers had already come to some preliminary understanding of our shared interests and points of divergence before we arrived. This allowed us to “hit the ground running” — the conversation really took off rapidly, and led in interesting and unexpected directions. Furthermore, in the first two days (which were the only days that I was present), I observed a rapid increase in the active involvement of the program’s participants. During the first lectures, they were largely a passive audience, but by the second day, they were asking questions, stating their own positions, and offering their own hypotheses. In sum, I am certain that all present gained from the experience and grew in their understanding of our disciplines, research programs and professional missions. I certainly gained new insights into the challenges facing Russian humanities scholars and the changing state of play in Russian higher education. It is to be hoped that our discussions will equip the participants to build institutions and disciplines based on values of intellectual freedom, international cooperation, and shared human community.


Diana Nemec Ignashev (Carleton College / Moscow University)
TURNING THE TABLES

On day four of the Fulbright Summer School participants moved from theory to praxis, the transition marked symbolically as tables quite literally were reconfigured from the layout of the traditional lecture space to the “round table” of a seminar. The project for days four and five was to offer participants practical experience in analyzing and interpreting texts that addressed contemporary issues of globalization (migration, global economies, inter-ethnic relations). Texts were to be addressed in terms of general humanistic questions and values expressed; questions of disciplinary specialization should complement, but not overshadow the larger humanistic issues. Following analysis of three texts (a selection from Orhan Pamuk’s The Museum of Innocence, a short story The Third and Last Continent by Jhumpa Lahiri, and Louise Erdrich’s short story Fleur), participants were asked to consider how these (or similar) texts (films, museum visits) might be compiled into a general humanities course for incoming university students, regardless of specialization, designed to broaden cultural awareness as well as to develop students’ analytical and critical abilities in studying the human condition both within and beyond the students’ immediate cultural context(s) and intended majors. On day four we (very actively) discussed the texts; on day five participants considered models from the US within which similar courses are taught (i.e., disciplinary “distribution requirements” and “core curricula”). From these options participants were asked to consider variously the possible components of a course focused on cultural exchange, “exchange” ranging from basic economics to inter-personal interactions between peoples of different cultures, ages, and status, and, finally, to religion, belief systems, and cultural reciprocity. Though participants had already devoted five days to an intensive program, on Friday afternoon the room literally buzzed with energy, and by day’s (and the week’s) end we had compiled an exciting curricular base. To encourage further study and interaction among participants discussion materials have been made generally available online.

 

 

Дипломированные «школьники».

 

Программа летней школы —2012